garvey: (What did you say?)
Для чего вы читаете?
(если, конечно же, читаете)
garvey: (What did you say?)
Отшельник, живущий над миром сим, достиг просветления, позволившего ему игнорировать притяжение земли.
Однажды, наблюдая суету внизу, он увидел одинокую душу - подростка, страдающего от своей инаковости, и решил сделать его своим учеником, для начала внушив тщетность и ненужность мира вещей.
...Но в борьбе за душу (и тело) ученика отшельнику пришлось столкнуться с воительницей, убежденной, что именно ей известен порядок, в соответствии которым существовать мир.
garvey: (Reader)
Первый вопрос для всех активных читателей.
Когда повествование ведется от первого лица, по умолчанию предполагается, что в конце книги рассказывающий будет жив - если только книга не написана в форме дневника - как если бы кто-то читал, а в конце сделал приписку: "на этом рукопись заканчивается". А встречались ли кому-то произведения, в которых повествование от первого лица прерывается внезапно? Что-то вроде "На меня падает кирпич..." или "...я вижу вспышку...", а дальше многоточие и конец книги?

Второй вопрос для любителей фантастики. Вы себя к таковым относите? )
garvey: (Reader)
В посткроссинговой группе понадобилось привести первые предложения из книги, которую читаешь в данный момент. У меня нашлось три начатых книги. Вот первые предложения из них:
1. En l'année 1872, la maison portant le numéro 7 de Saville-row, Burlington Gardens—maison dans laquelle Sheridan mourut en 1814—, était habitée par ******* ****, esq., l'un des membres les plus singuliers et les plus remarqués du *********** de Londres, bien qu'il semblât prendre à tâche de ne rien faire qui pût attirer l'attention.

2. Когда земля треснула, мальчик играл на дудке.

3. The Red Union had been attacking the headquarters of the April Twentyeighth Brigade for two days.

Как много вы сможете сказать об этих книгах без прямого гугления? В первой я скрыл имя и название, чтобы было не совсем уж просто.
garvey: (Reader)
Одолел Дэна Брауна - кроме новой книги, которая еще не появилась в библиотеке. Ну, что вам сказать... На третьей книге становится очевидно, что разнообразием приемов он не заморачивается: соревнуется сам с собой на тему того, сколько раз в одной книге "хорошие" превратятся в "плохих" и наоборот. Рано или поздно это начинает надоедать. Как минимум в ранних книгах он очень вольно обращался с фактами, поэтому в качестве источника информации его использовать не стоит. В книгах, не входящих в цикл о профессоре Лэнгдоне, Браун активно мешал с грязью американские власти, интересно - это что-то личное, или влияние моды?
Писать сценарии по его книгам должно быть удобно - повествование очень визуально. Лексика богатая, язык образный - на английском читается приятно, зато в переводе что-то может теряться.

Цифровая крепость - как много можно позволить правительству в смысле доступа к частной информации? Как далеко может зайти тот, кто считает, что он Знает Как Надо? Проблему решают несколько нынешних и бывших сотрудников американского Агентства Национальной Безопасности.
Занятный напряженный детектив, в котором уже ощущаются тенденции, которые потом разовьются в книгах Брауна.

Ангелы и Демоны - Первый роман о профессоре Лэнгдоне. В ЦЕРНе совершено убийство и похищен контейнер с антиматерией. Всплывает он в Ватикане, где должен пройти конклав по выборам нового папы. Которые могут быть сорваны таинственным убийцей, угрожающий Ватикану от имени иллюминатов.
Не самый удачный из романов. Много интересной информации по истории религии, которую таки лучше перепроверить.

Точка обмана - на подходе выборы президента США, рейтинг нынешнего падает, рейтинг его противника - сенатора Секстона - растет. Президент посылает сотрудницу национального разведывательного управления - дочь Секстона - для того, чтобы она лично подтвердила информацию о сделанном НАСА открытии, которое может перевернуть положение. Оно и перевернет, и не один раз. И не так, как ожидают действующие лица драмы.
Вот тут сюжет сильно дыряв в отношении фактов и логики. Зато закручено основательно.

Код да Винчи - ну, тут и рассказывать не обязательно. Самый известный роман Брауна, первым превращенный в фильм - и очень удачно. В сочетании со скандальным сюжетом не мог не стать бестселлером.

Утраченный символ - самый неудачный роман. Роберт Лэнгдон оказывается втянут в масонские тайны в Вашингтоне. Снова убийства, угадайки и перевертыши. Но почему-то скучно. И уже предсказуемо, что для Брауна - совсем не хорошо.

Инферно - "перевертыши" отточены Юрауном почти до совершенства, и на этот раз ему удается держать читателей в напряжении. Роберт Лэнгдон обнаруживает себя во флорентийском госпитале, и он ничего не помнит о последних днях. К тому же на него идет охота. Ему приходится спасаться и одновременно распутывать тайну, которую он до амнезии частично уже разгадал, и от которой зависит ни много, ни мало спасение человечества - как минимум его в это убеждают...
С предвкушением ожидаю возможности посмотреть фильм.
garvey: (Reader)
Ваши дети читают больше или меньше, чем вы в их возрасте (естественно вопрос относится к тем, чье дети уже могут читать)?

Мои читают как минимум не меньше меня. И при этом совершенно точно значительно более серьезную литературу.
garvey: (Reader)
Аня нашла и привезла картинку, которую я нарисовал лет тридцать назад. Вопрос: к какому произведению я её нарисовал?
1483196725521-0663b4a5-4ee6-4da3-9430-9e80ebfa3cbb
garvey: (Reader)
Когда-то очень давно читал советскую повесть. Советскую и по авторству, и по содержанию, и по стилю. Сюжет - установление советской власти в деревне. Деревня, кажется, марийская. Героиня участвовала в революционном процессе, параллельно разбираясь с личной жизнью. На неё претендовал местный кулак, который однажды подставил её перед конкурентом-коммунистом: изобразил якобы постельную сцену с оглушенной героиней. Ближе к концу она таки воссоединилась с коммунистом, а кулак был посрамлен. И вот тут была сцена: в дом к воссоединившейся паре заглянул знакомый, хозяин дома за столом беседует с гостем, а хозяйка со счастливой улыбкой на лице трудится по дому: подметает, достает горшки их печи и ставит еду на стол. До сих пор помню, как меня покоробила эта сцена: в счастливой советской семье женщина как-то автоматически оказалась служанкой, а её общественная деятельность и роль вне дома мгновенно оказалась забыта. Советскую власть дальше будут устанавливать без неё...
garvey: (Reader)
Придумался сюжет для фантастического произведения. Или точнее не сюжет, а рамка для него, то, что на английском называют бэкграунд.
Если интересно - заходите )
На мой взгляд вокруг этой идеи можно создать множество разных сюжетов. В можно поместить её в качестве детали в придуманном мире будущего.
Но мне сейчас интереснее использовать её в качестве базы для мысленного эксперименты или разминки для ума. Например, какие нюансы надо учитывать, если использовать идею в литературе? Какие последствия следует ожидать, если когда-нибудь искусственная любовь окажется реальностью?
Я не утверждаю, что придумал это первым, более того, я удивлюсь, если никто из фантастов еще на эту тему не писал :). Может кому-то из френдов такой сюжет уже встречался?
garvey: (Reader)
Оно конечно приятнее всего устроиться с хорошей книжкой в удобном кресле под правильно подобранной лампой с чашкой чая/кофе на столике рядом, но на практике читаем мы в самых разных условиях, далеко не всегда комфортных. К тому же график современной жизни приводит к тому, что на чтение приходится выкраивать время из того, что остается после множества обязательных и не очень дел. В итоге возникают несколько стандартных вариантов ситуаций, в которых мы устраиваемся с книжкой и окунаемся в чтение.
Под катом я выделил несколько таких стандартных ситуаций - в основном с приложением ко мне.
Почитаем? )

Что я пропустил? Какие варианты можете выделить вы?
garvey: (Baklan)
Начало для рассказа под названием "AI":
- Hi, my name is John, and I am an idiot.
- Hi John.

Кто продолжит? :)
garvey: (Reader)
Еще один мой конкурс, сделанный для чемпионата США, на этот раз литературный. Дано: первые и последние предложения из литературных произведений, в которых скрыты большинство слов. Ваша задача - назвать произведения. Поиск не запрещён, но оно вам надо? Попробуйте сначала так угадать :).
Играем? )
garvey: (Swans)
Обнаружил, что среди американской молодежи популярна такая точка зрения: Romeo and Juliet is a story about lust and lack of responsibility and foresight.
Насколько вам такой взгляд кажется оправданным?
garvey: (Pushkin)
А вас в детстве не удивляло, что в "Сказке о мёртвой царевне и семи богатырях" Ветру не понадобилось описание царевны? Елисею достаточно было упоминуть "царевну молодую". Видимо царевны в тех местах были явлением ОЧЕНЬ редким :)

И по ходу дела подумалось: как бы себе представил по названию сказки её сюжет современный подросток, насмотревшийся современных ужастиков? Мёртвая (!) церевна, зомби вокруг...
garvey: (Remy)
Встретил в книге рецепт: горячий шоколад с корицей, мускатным орехом и ромом. Интересно будет попробовать...
garvey: (Old)
Когда-то давно читал фанатстический рассказ о землянах на чужой планете. Там было описано королевство, в котором было запрещено упоминать некоего хищника, в тех местах живущего. Более того, было запрещено показывать, что ты этого хищника видишь, даже когда он на тебя нападает. Наказание за нарушение закона, если память не изменяет, смертная казнь.
До такого наказания современные западные либералы пока не дошли.

PS "Приглашение на ночную охоту" Владимира Михайлова
garvey: (Reader)
Фелиситас Хоппе - немецкая писательница, среди прочего написавшая повесть в виде фиктивной автобиографии, согласно которой она родилась и выросла в канадском городе Брантфорде (это в полутора часах на машине от Торонто). Сегодня Филиситас познакомилась с реальными обитателями Брантфорда. Она приехала туда в ходе тура в компании двух немецких художников и профессора немецкой литературы из Dartmouth college. Мы на сем мероприятии присутствовали и хорошо пообщались с немецкими гостями. Было действительно интересно. Скачал книгу Хоппе, буду знакомиться.
garvey: (Reader)
Начал читать Жюля Верна. Блин, насколько же он читается легче и приятнее, чем Сэнт-Экзюпери и Дюма, которых я пробовал читать перед этим. Надо было с него начинать.
garvey: (Reader)
Под катом - двенадцать иллюстраций к произведеням Шекспира с открыток, которые я приобрел по случаю. Угадайте - какая картина что иллюстрирует.
Произведения могут повторяться. Ответ к одной из картин принципиально отличается от остальных. Ответы не скриню, так что можно обсуждать. Кто не хочет засвечивать свою версию - шлите в приват.
Играем? )
garvey: (Black)
Обячное явление, особенно отчетливо проявляющееся в попаданческой литературе, автор от имени главнго героя излагает собственные воззрения, идеи и комплексы, облекая их в образ истины в последней инстанции, и "подвтерждает" их верность соответсвующими поворотами сюжета.

Кто-нибудь знает произведения современной российской поп-литературы, в частности - попаданческой фантастики, в которой, например, американцы не изображаются злодеями или идиотами? Интересно бы было посмотреть на таковые для разнообразия

September 2017

S M T W T F S
      12
3 4 5 6 7 8 9
10 11 1213141516
17181920212223
24252627282930

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags